Рекламный баннер 900x60px top
ВалютаДатазнач.изм.
USD 21.04 76.02 -0.2336
EUR 21.04 91.75 0.2747
Архив номеров

На переднем крае

2017-07-28

Эти суда не отличались наличием современного эффективного вооружения. В лучшем случае десяток автоматов и ПЗРК. Они, как правило, были тихоходны и не велики. Но, при всем этом, большую часть своей службы они несли в морях и океанах на значительном удалении от своих баз, находясь в боевом походе по три, пять и более месяцев. Речь идет о разведывательных кораблях особого назначения.

В 159-ю бригаду радиоэлектронной разведки особого назначения Северного флота Сергей Рябикин попал после окончания Киевской учебной части, где готовили специалистов радио электронщиков. Вообще, на флот он мечтал попасть с детства. Несколько человек его родни прошли через службу на флоте. Красивая форма, флотские фотографии в альбоме бабушки, бескозырка и тельняшка - все сыграло свою роль. Деревенского паренька из валуйской деревни не остановило даже то, что служить на флоте нужно было на год дольше, чем в сухопутных частях. И, когда в военкомате спросили, где бы он хотел служить, не задумываясь ответил:

- На флоте.

Корабль, на который его направили служить, особого впечатления не произвел. Меньше сотни метров в длину, чуть больше одиннадцати метров в ширину. Ни пушек, ни ракет, только множество различных антенн на мачтах и самых различных приборов в рубках. И непонятное название - «Пелорус». Однако ни тогда, ни много позже Сергей никогда не пожалел о службе на таком с виду неказистом корабле.

Корабли-разведчики во флоте были всегда. Как правило, это были небольшие быстроходные крейсеры. Но в шестидесятых годах появились корабли-разведчики, кардинально отличавшиеся от своих ранних собратьев. Поначалу это были переоборудованные рыболовецкие суда, небольшие транспорты. Позже несколько малых разведывательных судов было построено по заказу ВМФ в Гданьске (Польша). Официально они назывались гидрографическими или судами связи.

Именно на такой, построенный в Польше корабль и попал Сергей Рябикин. По сравнению с первыми кораблями-разведчиками эти суда были относительно комфортабельны. Экипаж жил в относительно просторных каютах с кондиционированным воздухом. Корабль был оснащен опреснителем, что позволяло раз в две недели организовать помывку личного состава. Здесь имелась корабельная пекарня. Кают-компании и столовая были оснащены бытовыми холодильниками. Имелась сатураторная установка, а в каждой каюте сифон для газированной воды. Ко всем этим удобствам питание экипажа было организовано по нормам подводников, включая сухое вино. За что такие привилегии? Оказывается, было за что.

В отличие от боевых судов, эти большую часть времени находились в дальних походах. Так, за два с половиной года службы Сергей Рябикин побывал в трех дальних походах. Первый - три месяца, второй – три с половиной и третий - пять с половиной месяцев. Всего практически год в океане. Причем в Атлантическом. Сергей рассказывал, как они несли службу вблизи восточного побережья США, как раз напротив одной из крупнейших баз Военно-морского флота этой страны. Прослушивали эфир, акустики искали шумы подлодок, обнаруживали цели и сопровождали их. Идентифицировали американские военные суда по характеру сигнала локатора, фиксировали позывные. И все это делалось под видом гидрографического судна. В таких походах численность экипажа возрастала до восьмидесяти человек вместо тридцати штатных. К слову, американцам ничего не стоило захватить судно. На этот случай на каждом боевом посту имелся мешок с тяжелым грузом и кувалда. При нападении предписывалось все документы сложить в мешок и выбросить его в море, а аппаратуру разбить кувалдой, чтобы не досталась нападавшим.

 Эти суда практически всегда были под наблюдением военных из НАТО. Из порта старались выйти незаметно, чаще всего ночью, однако уже к полудню над кораблем появлялся самолет-разведчик. Несколько раз облетал судно и сбрасывал буи, чтобы выяснить, не идет ли под прикрытием винтов судна подводная лодка. И такие облеты продолжались регулярно.

 Когда «Пелорус» вел боевое дежурство у восточного побережья США, в нескольких кабельтовых от него всегда дежурил эсминец США. Наблюдал за каждым движением. Однажды, рассказывает Сергей, свободной вахте дали задание покрасить борт. Для работы из трех бочек соорудили плот и стали опускать его на воду. Заметив это, эсминец сразу полным ходом направился к ним. Матросы подняли плот на палубу. Сделав круг вокруг судна, эсминец вернулся к месту стоянки. Матросы снова стали опускать плот. Эсминец тут же отреагировал и направился к ним. Видимо, там решили, что с корабля опускается какой-то прибор. И так несколько раз, пока политрук не приказал отставить дразнить американцев и приступить к покраске.

 Порой разведывательный корабль крутился буквально «под ногами» у вероятного противника. Был случай, когда «Пелорус» оказался между авианосцем и кораблями сопровождения и шел в их строю несколько часов. Разумеется, все это время велась разведывательная работа. В том числе и визуальная. По словам Сергея, в тот раз удалось зафиксировать все бортовые номера самолетов на палубе авианосца. Во всех походах командир разведывательного судна старался как можно ближе приблизиться к кораблям стран НАТО. Это было совсем небезопасно. Более крупные корабли «противника» порой шли чуть ли не на таран или старались притереться к развед кораблю, чтобы помешать ему в работе.

Однажды, рассказывает Сергей, вечером улеглись спать как всегда. Утром в десять часов сыграли побудку. Выскочили на палубу делать зарядку и чуть ли не ошалели. Буквально рядом шел огромный корабль, немецкая плавбаза для миниподлодок. А на борту огромный крест знакомый всем нам по фильмам о войне. На мгновение стало просто жутко.

 Бывали, конечно, в службе и приятные моменты. Во время дежурства у берегов США заходили на Кубу. Едва успевали пришвартоваться, к судну подъезжал автобус с гидом и переводчиком, и все свободные от вахты садились в автобус и ехали на пляж. Отношение кубинцев к русским морякам было исключительно доброжелательное. Кстати, на берег моряки выходили в военной форме. В белых фланельках, в бескозырках с белым верхом. Тогда как на дежурстве одевались только в гражданскую одежду.

Службу Сергей Иванович Рябикин закончил глав старшиной. Это равнозначно старшему сержанту в сухопутных войсках. Кроме традиционных нагрудных знаков специалиста первого класса и отличник ВМФ, еще и жетон «За дальний поход». Это правительственная награда за терпение и мужество, проявленное вдали от родных берегов. О том, что дальний поход - дело очень серьезное говорит и то, что судно, возвращающееся на базу, встречали построением всей бригады. Момент очень волнующий.

После службы Сергей Иванович Рябикин работал на Шебекинском химическом заводе. С первых дней заместитель директора по кадрам В. Д. Марьин вовлек его в клуб «Альбатрос», в работе которого он принимает участие по сей день. В музее оформил стенд, посвященный бригаде ОСНАЗ. Недавно в составе ансамбля моряков ездил в Луганскую Народную республику. Поездка оставила двоякое впечатление. Угнетала разруха, царившая в ранее процветающей области. Но очень большое впечатление произвели жители республики. Как выразился Рябикин, более русских людей, чем там, он не встречал.

210

Оставить сообщение:

Полезные ресурсы
Рекламный баннер 300x250px rightblock
Рекламный баннер 900x60px bottom