Рекламный баннер 900x60px top
ВалютаДатазнач.изм.
USD 21.06 72.22 0
EUR 21.06 85.99 0
Архив номеров

Боец спецназа

2017-07-14

Правда, стал он им не сразу и совершенно случайно. Вообще, тогда все пошло не так. У Александра была отсрочка от армии. Но он бросил ПТУ и сам пришел в военкомат с просьбой взять в армию. Вспомните 1995 год. Отказников было пруд пруди, а тут сам парень пришел. Конечно же, взяли.

В группе из тридцати человек повезли в Питер. В Лебяжьем, под Санкт-Петербургом, три месяца проходил курс молодого бойца. Периодически приезжали «покупатели», вели отбор будущих бойцов. Поскольку группа белгородцев была в основном из спортсменов, брали в разведку.

Однажды к ним пришел прапорщик из спецназа. Приглашал ребят идти в спецназ. Никто особого рвения не показал. Тогда он приказал всем обнажиться до пояса. Обходя строй, остановился напротив Александра.

- Ну, чего стоишь, давай к нам, не пожалеешь, - обратился он к нему. Александр пожал плечами и вышел из строя. Его примеру последовали еще двое. Так он оказался в роте спецназа.

 Два месяца подготовки по программе спецназа он помнит до сих пор. Нет, изнурительной строевой подготовки не было вовсе. Но вот полоса препятствий - не один раз в день. Кроссы - постоянно. И рукопашный бой. С так называемой тенью, реальный спарринг, групповой. В общем, доставалось не раз. И изучение всех видов стрелкового оружия, как отечественного, так и иностранного. И практические стрельбы из него. Не раз мелькала мысль: пошел бы, дурак, в мотострелки и служил бы ни шатко ни валко. Но отступать характер не позволил. А через два месяца роту погрузили в самолеты - и в Чечню. База бригады оперативного назначения была недалеко от Гудермеса. 15 июня новоиспеченный спецназовец приступил к боевой службе. Хотя поначалу «боевой» службу можно было назвать лишь относительно. «Зеленых» юнцов, недавно одевших форму спецназа, сразу в серьезные операции не брали. Как говорит Александр, натаскивали постепенно. Командовавший ими прапорщик брал в объезды по окраинам города, в засады, на проверку документов. Учил распознавать боевиков среди якобы мирного населения. Выезжали на свободный поиск. Словом, втягивались постепенно, но не долго.

При проверке документов их учили внимательности. Были явные признаки участия жителей в незаконных формированиях. Белые лица после недавно сбритых бород, синяки на плече от приклада автомата, другие, менее заметные признаки, которые от натренированного глаза скрыть было нельзя. Задержанных допрашивали, некоторых отпускали, большинство отправляли в комендатуру. Бывало, задерживали и с оружием. Встречались и отчаянно отстреливавшиеся. Словом, вскоре Александр уже наравне со всеми участвовал в рейдах и операциях.

Как правило, рейды организовывались по данным разведки или агентуры. Тогда ехали и проверяли точечно те дома, где, по сведениям агентуры, были боевики. При сопротивлении уничтожали. Если не было точного адреса, проверяли все село. Тогда бойцы шли вдоль улицы по обеим сторонам и методично проверяли дом за домом. Порой такие проверки обходились без стрельбы, нередко огнем встречали уже на окраинах. О том, будет или нет сопротивление, бойцы знали заранее. Если при подходе к селу на улицах были женщины и дети, стрельбы не будет. Если же село выглядело, как вымершее, безлюдное, жди неприятностей.

Бывало, прочесывали и так называемую «зеленку». Лес или заросшие кустарником горы. Пока позволяла местность, передвигались на БТРах. Потом приходилось своими ногами. На шее автомат. На груди «лифчик» с восемью магазинами, за плечами специальная укладка, в которой до девятисот патронов, на поясе специальный подсумок с десятью гранатами для подствольника и одна в стволе. Обязательно одна граната Ф-1 и несколько РГД. Бронежилет не одевали. Тяжелый, и в нем становишься неуклюжим и малоподвижным. Питание и воду оставляли в БТР. Без еды и воды прожить можно, без патронов и гранат вряд ли.

В целом на плечах и за плечами килограммов пятнадцать или больше. Но, как говорится, своя ноша не тянет. Да и привыкли ходить с такой нагрузкой. В бою патроны, как правило, не жалели. Прицельно бить приходилось редко, били в сторону стрелявших. Так что, сказать, скольких духов убил, не может. Да и не принято это - хвалиться убитыми. Нехорошо.

В Чечне была настоящая война, только без флангов, тыла и передовой. Нападения можно было ждать в любой момент. Полчаса назад перед тобой был мирный житель, а через несколько минут в его руках уже был автомат, готовый выстрелить в спину. Бойцы бригады были в постоянной готовности. Оружие далеко не оставляли. К обстрелу были готовы в любую минуту. При необходимости выйти в город на рынок, ходили как минимум втроем и при оружии. Одного могли взять в плен и продать. Так продолжалось полгода. Александр освоился. Приобрел необходимые навыки и даже сдал первый экзамен спецназовца. Выдержал испытания на камуфлированный берет. Рукопашных в бою не было. Тем не менее, на базе спарринги рукопашного боя были постоянно. Чтобы сдать на камуфляжный берет, нужно было провести четыре боя по три минуты каждый. На краповый больше. И бои жестче. Александр до сих пор сожалеет, что, когда его сослуживцы сдавали на краповый берет, он лежал в госпитале.

Берет у спецназовца - своеобразный знак отличия. Новички носили зеленые береты, которые никакой ценности для спецназовца не представляли. Камуфлированный берет - это уже знак отличия. Его мог носить только спецназовец, сдавший специальный экзамен. И никто другой. Были случаи, когда спецназовцы снимали камуфлированные береты даже с офицеров других родов войск, решивших покрасоваться в таком берете. Высшим же знаком отличия спецназовца был краповый берет. Его выдавали также после специального и отнюдь не легкого экзамена или за особое отличие в бою. Получить краповый берет готовился и Александр, но не успел.

Занятый российской армией в марте 1995 года город Гудермес в декабре снова был захвачен боевиками Радуева, Исрапилова и Гелисханова. Еще с начала декабря они начали постепенно просачиваться в город, а 14 декабря блокировали комендатуру и вокзал. Гарнизона как такового в городе не было. В комендатуре были разрозненные части, а вокзал охранял милицейский ОМОН из Мордовии, Кабардино–Балкарии и других милицейских формирований. Ни комендатуру, ни вокзал боевикам сходу взять не удалось, и началась осада, которая продолжалась десять дней. Российская же армия, в свою очередь, окружила и блокировала город по внешним окраинам.

20 декабря был отдан приказ штурмовать Гудермес. Штурм, сравнимый со штурмом Грозного зимой 1994-1995 года. Бои шли с применением танков, артиллерии. В 9:35 c севера пошла в атаку 33-я бригада оперативного назначения, задача которой - деблокировать комендатуру. Боевиков приходилось буквально выкуривать из домов, подвалов. На крышах расположились снайперы, державшие под огнем наших бойцов. Крупкин был наводчиком орудия в одном из БТР. В момент короткого затишья он нашел себе замену наводчика и решил в паре с разведчиком Молчановым Николаем продолжить штурм пешим, начал выдвигаться на ближайшую позицию, в этот момент по боевой машине “духи” саданули из гранатомета. Но граната перелетела цель и приземлилась рядом с ними. В 10:00 с первыми ранеными cо множественными осколками они были доставлены в бригаду. Затем во Владикавказ и утром в главный клинический госпиталь МВД России. Всего же в боях за Гудермес бригада потеряла 26 бойцов и много раненых. С тех пор 14 декабря в этой части проводится день памяти, на который приезжают со всех концов страны члены семей погибших, однополчане и друзья погибших в боях в Чечне.

Месяц Александр провел в госпитале. После тяжелого ранения он мог уволиться или перейти служить за пределы Чеченской Республики. Но он вернулся в свою роту и продолжил службу. Война здесь только разгоралась, и работы спецназовцам было предостаточно. Порой просто выспаться между заданиями не удавалось, по несколько суток не снимали обмундирование.

Кстати, у спецназовцев оно было особым. Камуфляж отличался от обычного, как раскраской, так и качеством. Поэтому спецназовца сразу можно было отличить среди военных. Но если приходилось идти на задание, одевались во что попало, у кого что было. На головах специальные косынки, типа банданы. Знаков различия не носили, это была приманка для снайперов.

Александр рассказывает, какая гордость была за Белгородскую область, когда приходилось пользоваться сухим пайком. Тушенка белгородская, сгущенка волоконовская, сахар алексеевский. Вслух гордился:

 - Это наша область армию кормит.

Орденом Мужества Александр Крупкин был награжден уже будучи уволенным в запас. Пригласили однажды в военкомат и вручили. За что - не знает. Командованию виднее. Скорее всего, по его мнению, по совокупности. От заданий не отлынивал, за спины товарищей не прятался. Бывал во всяких передрягах. Но если бы пришлось все снова повторить, опять пошел бы в спецназ. Только теперь осознанно. Там он узнал, чего он стоит на самом деле и цену настоящей солдатской дружбы.

272

Оставить сообщение:

Полезные ресурсы
Рекламный баннер 300x250px rightblock
Рекламный баннер 900x60px bottom