Рекламный баннер 900x60px top
ВалютаДатазнач.изм.
USD 19.04 75.55 0
EUR 19.04 90.46 0
Архив номеров

Служили три десантника

2016-03-16

Вячеслав Красников и Владимир Лазута на сборный пункт в военкомат пришли вместе. Вместе держались и в учебной части в Прибалтике. Земляк в армии, особенно в первый дни, - великое дело. Кто еще поддержит, поделится новостями из дома. «Зема», или «земеля» - это название укоренилось в армии задолго до прихода на службу двух земляков. «Учебка» запомнилась жесточайшими нагрузками. В десанте вообще учеба идет в запредельном темпе, а тут, как поняли потом новобранцы, готовили в Афганистан. Война там шла уже четыре года, и солдат готовили к конкретным боевым условиям. Новички поминали сержанта всеми имеющимися в русском языке нелестными словами. И только потом, уже там, поняли, что тяжелейшая военная наука реально спасает их жизни в боевых условиях.

 После прямого перелета из Прибалтики в Кабул друзьям пришлось расстаться. Красников попал в артиллерийский полк в Кабуле, а его друг, Лазута - в отдельный десантный батальон в «Лошкаревке». Так в армейском обиходе называли городок Лашкаргах - самую южную базу советских войск в Афганистане. Однако на базе в Кабуле на другой день после прибытия Красников встретил еще одного земляка, Владимира Лукашова, призванного в армию полугодом раньше. Рано утром Владимир возвращался с боевого выхода, а Красников только что вышел из палатки с полотенцем. Обнялись, перекинулись двумя-тремя словами и разошлись. Служили в одном полку, но в разных подразделениях. Красников в гаубичной батарее, а Владимир уже был замкомвзвода в батарее управления.

Первое боевое соприкосновение с «духами» все трое вспоминают одинаково. Страха, по их словам, не было. Было какое-то чувство нереальности. Как будто все это не с ними. И вообще, больше запомнился не свист пуль или разрывы мин излюбленного «духами» легкого миномета, а изнурительные марши в горах на назначенную точку. За плечами вещмешок с двумя, а иногда и тремя цинками патронов, сухим пайком и водой. Палатки не брали, в лучшем случае японский спальник, трофейный либо подаренный уволившимся «дембелем». На груди так называемый «лифчик» с пятью или шестью автоматными магазинами, а иногда и пулеметными на сто патронов. Брали одну-две «мухи» - противотанковый гранатомет и гранаты для подствольника. Да еще «броник» - бронежилет весом более десяти килограммов. В общем, набиралось килограммов на 40-50, а если еще и с радиостанцией, то намного больше. Бронежилет на себе, как правило, не носили. При жаре градусов под 60 в нем просто невозможно находиться. Зато он очень удобен в горах при ночевке. Постелишь на камни и лежишь с комфортом. Относительным, конечно.

В боевом походе самое ценное - это патроны, вода и обувь. Патронов набирали, как минимум, по полтора боекомплекта. Воды как можно больше. Хотя пить ее, по словам десантников, днем не желательно. Выпил стакан, и начинается сильное потоотделение, которое может привести к обезвоживанию или тепловому удару. Поэтому пили, как правило, утром и вечером. По словам Владимира Лазуты, он месяц приучал себя не пить воду днем. А у Красникова эта привычка - пить только утром и вечером - сохранилась по сей день. Лучшей обувью все единогласно признали сапоги. Камни внутрь почти не попадают, как в берцах. Портянки впитывают пот и не растирают ноги. Лукашов вспоминает, как в один из первых выходов надел носки. В горах от них уже через несколько километров остались одни резинки. Ноги растер до кровяных волдырей. Урок этот усвоил и больше подобного не повторялось. Некоторые надевали кроссовки. Но их хватало на один выход. Рвались в горах в клочья. А сапоги целые. На ночь клали их между ног в спальник. Пока спишь, они подсыхают.

На, так называемые, «боевые» выходили по-разному. Порой на бронетранспортере к предгорью. Дальше скрытно, пешком. Чаще на вертолете. Перед высадкой в горах из вертолетов и самолетов «обрабатывались» все окрестности. Потом высаживали десант. Иногда, если было можно, вертолет садился на землю, и его быстро разгружали. Чаще сесть было невозможно. Тогда десант выпрыгивал из машины со всем своим имуществом на плечах. Ребята до сих пор тепло вспоминают вертолетчиков. Бывало, прижмутся одним колесом к небольшой площадке и держат машину в полулетучем состоянии, пока ее не разгрузят. Пока один вертолет разгружается, другой кружит над ним, высматривая возможных «духов». Потом меняются местами.

В десанте четкого разделения по специальностям нет. В частности, водитель доставил орудие в назначенное место и дальше идет вместе со всеми в горы.

 - Поднимешься к перевалу, впереди разрывы наших снарядов по склону, - рассказывает Красников, - а сзади, внизу, как на ладони, наши расчеты суетятся возле орудий. Наша задача - прикрыть корректировщиков и орудия от нападения «духов».

Ездили в основном колоннами. Впереди бронетранспортер или танк с противоминными катками, потом автомашины. У каждого автомобиля на бампере закреплено бревно. Если вдруг впереди автомобиль подбит, его сразу сталкивают на обочину. Бревно для того, чтобы не повредить радиатор. Чаще всего потери несли на марше. Попадали в засады или подрывались на фугасах. На подрывах меньше всего несли потери десантники. Дисциплина была жесточайшая. Если сказал командир, с брони не слазить, так и будет. Даже нужду справляли с брони. Не раз наблюдали в армейских операциях: остановится колонна, и с автомашин пехота врассыпную по кустам. Только и слышишь хлопки, один, другой. Подрывы на минах.

Дороги разные. Был там и асфальт. Но чаще по руслам пересохших рек, по песку в пустыне, по ущельям передвигались. Дорогами их можно назвать только условно.

Операции тоже были разные. Были чисто десантные - это на перехват караванов. Были и армейские операции, когда участвуют все рода войск. В них больше неразберихи и несогласованности. В засады шли на вертолетах или БТРах. Займем позиции и ждем. Как только караван заходит, бьем без предупреждения. Ошибок, как правило, не было. При таких группах обычно офицер из особого отдела. Он уже знает приметы каравана, что везут. А возили в основном оружие из Пакистана и наркотики. Чаще на верблюдах и на ишаках. Иногда на автомашинах.

С парашютами в Афганистане не прыгали ни разу. Чаще с вертолета, метров с двух. Тоже не радость. Особенно, когда за спиной килограммов за пятьдесят. А вот под обстрелы попадали часто. Через некоторое время по свисту пуль знали, куда стреляют. И зря не кланялись. Молодых, которые кланялись каждой пуле, звали «гусями». Но были и реальные обстрелы. Красников, на счету которого более восьмидесяти боевых выходов, вспоминает, как однажды отбивались от «духов» в засаде.

- Две «Д-30» и две БМ-13 «Катюши» времен Великой Отечественной войны били прямой наводкой. К ним под обстрелом надо было подносить снаряды. У «Д-30» ящик килограммов 80. Хватал его и бежал к гаубице. Падал под обстрелом, поднимался и снова бежал. Откуда только силы брались.

 Лазута вспоминает, как полз по арыку к БТРу под обстрелом. Бил снайпер, а БТР метрах в пятидесяти. Полз по пыли, только глаза были сверху. Когда приполз, под мундиром было столько пыли, что поднялся с трудом.

Вспоминали, насколько вырабатывался инстинкт самосохранения. Возвращаясь на поезде «Ташкент–Москва» домой после службы, курили в тамбуре. На одном из переездов огни светофора приняли за трассеры от пуль и все, как по команде, упали на пол. Потом рассмеялись. Над этим можно было посмеяться. Но именно благодаря этому выработанному инстинкту многие остались живы. Когда осознаешь, что стреляют по тебе, бежишь, как никогда не бегал. И в землю закапываешься мгновенно.

Самое страшное - это когда гибнут люди на войне. Причем на операциях, особенно на армейских, гибнут, как правило, молодые солдаты. Лукашов вспоминает, как выносили убитых к вертолету во время Кунарской операции. На большинстве была новая, еще не обмятая форма и берцы, совершенно не сбитые. По руслу ручья несли на плащ-палатках, старались, чтобы не зацепить за камни. Поднесли к вертолету и начался обстрел. Борттехник кричит:

- Быстрей, быстрей, бросайте. - И стук голов о рифленку вертолета резал, как по сердцу.

О быте между операциями отзываются нормально. В артиллерийском полку в Кабуле жили в модулях. Нормально. Питались на базе тоже сносно. Со смехом вспоминают «красную рыбу» - кильку и минтай в томатном соусе, консервированный картофель в банках. В «Лошкаревке» жили в палатках. Единственное неудобство, если так можно сказать, - это отсутствие хлеба. Ели сухари из жестяных банок. А в остальном нормально. Однополчане виделись часто. А вот с Лазутой встречались только на армейских операциях. Вспоминают артистов, приезжавших в Афганистан. Тепло Кобзона, Розенбаума. С оттенком неудовольствия об Анне Вески, которая отказалась выступать на открытом воздухе, а в клубе мест хватило только офицерам.

В перерывах между «боевыми» - наряд на работы по разгрузке бортов, чистка оружия и подготовка к «боевым». Непременные политзанятия. В «Лошкаревке» даже телевизора не было. Обстреливали базы редко. Но бывало. В основном самодельными ракетами. А когда отдельный батальон из «Лошкаревки» отправили на охрану дороги «Кандагар–Кабул», обстреливали каждый день из всех видов оружия. Хотя по дороге этой вообще никто не ездил. Очень опасно. Называли ее дорогой смерти.

Запомнился день увольнения. Владимир Лукашов уволился на полгода раньше. Бортом на Ташкент, оттуда в Москву и домой. Лазута и Красников летели на Ил-76 в парадной форме, с автоматами и полным боекомплектом. Дело в том, что незадолго перед ними «духи» сбили самолет с уволенными солдатами. Летчик сел на вынужденную жесткую посадку. Оружие оказалось только у летчиков. Пока пришла помощь, многие погибли. С того случая все «дембеля» возвращались в Ташкент только с оружием. В Ташкенте самолет оцепляли пограничники, прилетевшие сдавали оружие, и только потом их отправляли домой.

 Более двух часов мы вспоминали, как десантники выполняли интернациональный долг в Афганистане. Говорили о приятном, не очень и просто о страшном. Но ни разу в этом разговоре не промелькнуло даже намека на упрек в адрес тех, кто послал их, молодых парней, на эту войну. Они просто выполняли свой долг. Выполняли достойно. Об этом свидетельствуют их боевые правительственные награды.

 На снимках: слева направо Вячеслав Красников, Владимир Лукашов и Владимир Лазута.

PS. Прощаясь, десантники попросили напомнить, что многих парней сейчас нет рядом, они ушли в мир иной уже на гражданке. Но они помнят о Вас, «Шурави».

84

Оставить сообщение:

Полезные ресурсы
Рекламный баннер 300x250px rightblock
Рекламный баннер 900x60px bottom